nik_rasov

Categories:

Собеседование 23

Серые глаза.

Кира заметила их взгляд сразу, как только вошла в кафе. Заметила среди других обратившихся на неё взглядов.

Серые глаза. И волосы, хорошо знакомого Кире соломенного цвета.

На неё пристально смотрела Вера Луговая.

Лишь краткий миг длилось это наваждение, и уже в следующую секунду Кира поняла, что на неё смотрит мужчина, а Вера Луговая никак не могла бы находиться здесь, в кафе.

Верино тело давно изменило свою форму и лежало сейчас в городском морге.

Кира направилась прямиком к столику, за которым сидел этот мужчина.

— Вы Игорь? — спросила она. — Здравствуйте!

— Здравствуйте! — сказал мужчина. — Да, я Игорь. А вы Кира?

Он поднялся.

Выше Киры почти на две головы. Худощавый, костистый и с лицом, покрытым загаром, привезённым им в этот хмурый город из каких-то далёких краёв, где солнце подолгу стоит высоко над горизонтом и дуют свежие ветра.

И ничего необычного в том, что сын Веры Луговой перенял от матери оттенок глаз и цвет волос, не было.

Накануне Кире позвонили из полиции.

— Приехал сын потерпевшей, — сказал полицейский. — Хочет с вами поговорить. Дать ему ваш номер?

Он назвал Веру Луговую потерпевшей. А мог бы сказать более определённо: убитой. 

Убитой и расчленённой собственным мужем.

— Конечно, дайте! — сразу сказала Кира.

А иначе она ответить и не могла.

И вот теперь они встретились в кафе, которое Кира сама выбрала, и им не пришлось долго искать друг друга и договариваться о каких-то особых знаках заранее. Кира узнала Игоря с порога, и он узнал её тоже. Но если Кира узнала его по несомненному сходству с матерью, то как удалось Игорю — вот так, с ходу, — угадать в ней ту, кого он ждал здесь, сидя за своим одиноким столиком, было не очень-то и понятно.

Кира скинула пальто. Игорь принял его. Повесил на стойку для одежды. Отодвинул стул, Кира села, потом сел Игорь.

— Что вам заказать? — спросил Игорь.

— Не знаю, а надо что-нибудь заказать?

— Это кафе. Здесь все что-то заказывают.

— Ох, простите! — спохватилась Кира. — Примите мои соболезнования!

— Принято, — сказал Игорь.

Подошла официантка.

— Ещё кофе, пожалуйста, — сказал ей Игорь и посмотрел на Киру.

Та кивнула.

— Два кофе, — сказал Игорь.

— И дайте печенье, — сказала Кира. — Пожалуйста.

Когда официантка отошла, Игорь спросил:

— Вы голодны?

— Нет. Но надо же взять что-нибудь ещё, а не только кофе.

— Ограничиться одним кофе, — сказал Игорь, — вовсе не значит совершить преступление.

Они помолчали.

Кира подумала, что Игорь — её ровесник. Ну, может, немного старше. На год или два. 

Но выглядит старше.

Да.

Когда принесли заказ, Игорь сказал:

— Расскажите мне всё, что вы об этом знаете.

Кира рассказывала и помешивала ложечкой в белой чашке чёрную, пахучую жидкость, в которую она забыла добавить сахар.

Когда она закончила, Игорь проговорил:

— Непонятно.

И заговорил, обращаясь не к Кире, а к самому себе. Просто сидел посреди города в людном кафе и неспешно рассуждал.

— Непонятно, как они могли до такого дойти. Я год не видел родителей. Отец в последнее время изменился. Раньше он всегда решал все вопросы в семье, а потом вышел на пенсию, устранился от этого, а мама наоборот открыла свой бизнес. Но я не могу понять, как так всё сложилось.

— А что говорят в полиции?

— Говорят, что у них нет сомнений, что это он её убил, а потом сам умер. Стало плохо с сердцем. А тело мамы пока не выдают, и я не могу её похоронить.

Игорь говорил всё это ровным тоном и был похож на человека, на которого вдруг внезапно свалилась беда, но он не собирается прилюдно демонстрировать свои переживания.

И хоть он был равнодушен к окружающему, Кира заметила, что Игорь нет-нет да и бросал на неё взгляды, в которых сквозило удивление. Казалось, он был чем-то озадачен, и озадаченность вызывала в нём именно Кира, но он ничего про это не говорил.

— А где вы остановились? — спросила Кира.

—  У дяди. У маминого младшего брата. Потом, наверное, переберусь в родительскую квартиру.

— Как?! — сказала Кира.

Она не могла представить, что можно было поселиться в квартире Веры Луговой после того, что там произошло.

— Трудно теперь, наверное, её будет продать? — спросил Игорь и вроде как усмехнулся. — Вам же это известно, вы же специалист — риелтор.

— Да какой я теперь риелтор! — сказала Кира и махнула рукой.

Они оба повернулись в сторону большого окна и стали молча смотреть. Люди проходили мимо кафе. Пересекали дорогу по пешеходному переходу. Машины скользили в разных направлениях.

Тут Кира и Игорь увидели, что некоторые прохожие припустили бегом, другие постарались укрыться под навесами, а некоторые достали зонты и принялись их поспешно раскрывать.

Начался ливень. 

Дома потеряли чёткие контуры. Все впадинки и неровности асфальта моментально превратились в лужи. Вдоль бордюров устремились потоки воды. И без того хмурый город помрачнел ещё больше, покрывшись завесой из хлёстких струй. Лишь фонари машин, да огни светофоров набрали силу, загоревшись яркими, одинокими, водянистыми пятнами.

В кафе потемнело. По оконному стеклу вертикальными полосами побежала вода. 

Шум ливня заглушал звуки, и Кире пришлось повысить голос и нагнуться ближе к Игорю чтобы сказать:

— Нас тут заперло!

— Да, — почти крикнул ей в ответ Игорь. — Мы в западне! 

И добавил:

— Такая непредсказуемость! А вот в тропиках дождь идёт по часам.

— Вы были в тропиках?

— Можно сказать, что я прямиком оттуда. Я моряк.

И так они общались, перекрикивая ливень. Сидя в маленьком кафе за маленьким столиком, за который они вдруг рефлекторно оба ухватились, как вцепляются потерпевшие кораблекрушение в обломки того, что ещё совсем недавно было их судном, посреди грохота разбушевавшейся стихии. 

Потом ливень внезапно кончился, и уже только мелкий дождь пузырил лужи.

— Я знаю, — сказала Кира, — что ваша мама делала вашему папе подарок. Незадолго до того, как... как всё это случилось.

— Что за подарок? — спросил Игорь.

И Кира рассказала про компьютерный монитор, и про то, как путано всё вышло: что монитор Вера купила у сотрудника компании «Метрополия», который купил у них в агентстве квартиру, и который устроил на работу в компанию мужа Киры.

— Эта «Метрополия» тут у вас со всех сторон, прямо, — сказал Игорь. — Городской монополист.

— Не знаю, — ответила Кира. — Я про неё и не слышала, пока Андрей не сказал, что собирается туда на собеседование.

Она замолчала. Сразу припомнился неожиданный телефонный звонок и брошенные в трубку слова: «Я тебя никогда не любил! Ты мне всю жизнь испортила!»

— Мне пора, наверное, — сказала Кира.

— Да, — сказал Игорь. —  Мне тоже. Нужно ехать в аэропорт встречать сестру. 

Вздохнул.

— Собирается семья по такому вот поводу...

Кира ушла первой, а Игорь посидел ещё немного. 

Подумал, как странно всё вышло. Подумал о том, что раньше он никогда не встречался с этой молодой, красивой женщиной с тонким золотым обручальным кольцом на пальце.

И тем не менее, он знает это лицо.

И помнил, где он его видел, но не допускал, что оно существует в реальности.

Кира же думала, что узнала Игоря только по тому, что он походил на маму, и тоже была уверена в том, что они раньше не встречались.

И Кира, и Игорь были не правы.

Оба.

***

Андрей собирал сведения. Систематизировал их, а затем брался за анализ.

В «Цирцее», где ему выделили небольшой отельный кабинет, он задерживался допоздна и не уходил домой, пока не сводил в итоговую справку всё, что ему удалось сделать за день.

Валерий его почти не беспокоил, а только заходил каждое утро, читал справку и говорил:

— Копай дальше!

Андрей копал, но был бы благодарен своему куратору, если б тот хотя бы указал направление, в котором это следует делать.   

 

 

      

promo nik_rasov january 19, 2020 14:17 42
Buy for 10 tokens
Когда мне было три года, я схватил партбилет деда, засунул его в рот и принялся жевать. — Что там у тебя? — крикнула мама. — Перестань тащить в рот всякую гадость! Дед забрал свой партбилет, обтёр его о штаны и спрятал за дверцу буфета. — Дочка, — сказал он маме. — Мне приятно, что ты умеешь…

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.