nik_rasov

Categories:

Осада Севастополя. Пасха на бастионах

В 1855 году Пасха пришлась на 27-е марта (8-е апреля по новому стилю). Оборона Севастополя была в самом разгаре.

Вот на фото выше Владимирский собор. Я его недавно сфотографировал, когда прогуливался поблизости. Но в 1855 году собора ещё не было. Перед войной успели возвести только фундамент и соорудили склеп. В склепе собора уже лежало тело адмирала Лазарева, а вскоре после начала обороны к нему присоединился адмирал Корнилов. Недели за три до наступления Светлого Христова Воскресения рядом с ними положили адмирала Истомина, которому, живой пока, Нахимов уступил своё место.

Поэтому собор ещё называют Усыпальницей Адмиралов.

А всенощную тогда служили в других церквях.

Гарнизонной церковью считалась Михайловская. Той ночью наружного освещения на ней не было, но и внутри и вокруг, на улице, повсюду горели свечи в руках молящихся, дожидавшихся радостных слов: «Христос воскресе!»

Церковь сохранилась, действует и я её тоже как-то сфотографировал:

Вот она, слева за деревьями с золотым куполом и крестом. А красивое здание с зелёной крышей — это музей Черноморского флота. Спиной к нам стоит Екатерина II, а рядом экипаж, что время от времени уносит шальную императрицу «на окраину Москвы».

А так Михайловская церковь выглядела когда-то давно:

На Центральной горке стоял Петропавловский собор, при котором все 11 месяцев обороны города жил протоиерей Арсений Лебединцев. Он терпел обстрелы, нёс свою службу и оставил нам в наследство письма из осаждённого города.

По странной случайности я не так давно прогуливался и возле этого собора.

Сейчас он выглядит так:

А таким он был, когда город занял неприятель:

Итак, ночью у церквей горели свечи, а небо чертили молнии пушечного огня.

Днём обстрел города продолжался. Некоторые говорят, что союзники стреляли на Пасху реже, чем обычно, некоторые утверждают, что пальба велась так же, как и всегда. Во всяком случае были в этот великий праздник и раненные и убитые.

К севастопольским матросам на батареи приходили их жёны и дети. А у солдат, набранных из разных уголков империи, родни в Севастополе не было и матросы делились с ними кусочками кулича, чтобы и те ощутили праздник.

Не обошлось и без выпивки, конечно. Незанятые службой солдаты гуляли по улицам с залихватским, весёлым видом. Да и на бастионах было чем разговеться. А к водочке находилась и скрипочка и шло веселье по батареям, несмотря на стрельбу.

Приходили на передовую и священники, дабы провести праздничную службу.

Прошёл слух, что англичане и французы, бывшие христианами, не желая портить севастопольцам праздник своими руками, посадили в этот день вместо себя в траншеи турок. Дескать, басурмане с удовольствием примутся губить христианские души!

Но это, наверное, просто сплетни.

Между солдатами и матросами пошли разговоры о странном случае. Говорили, что вот, мол, в катере, который переправлял разный люд с Северной стороны в город, видели мужичка — старца с большой бородой и в монашеском платье. И этот старец сказал солдатам, что помощь небесная близка и в третий день Пасхи победят наши войска врагов своих. А не успел катер причалить, как старичок стал невидимым.

На 3-м бастионе к празднику навели порядок — посыпали дорожки песком, почистили кое-где грязь, да подкрасили станки орудий. Люди оделись по-праздничному.

У мортиры собрались кучкой матросы и пехотинцы. Матросы разрядили двухпудовую бомбу, чтобы она не взрывалась, раскрасили её под пасхальное яичко и выпалили в сторону неприятеля.

— Надо ж и похристосоваться, — сказал один из матросов. — Отправим дружку красное яичко!

— Битка важная! — подхватил другой. — Может англичанин лоб подставит.

Англичанам шутка видно пришлась не по вкусу, несмотря на то, что бомбу подготовили, чтобы она не взрывалась и не разбрасывала осколки. Вскоре на бастион прилетел ответ: семипудовая бомба, наполненная, по словам очевидца, «разными гадостями». 

А следом и сундук с таким же содержимым. 

На следующий день праздник резко кончился — открылась вторая бомбардировка Севастополя и на город с неба посыпались тонны металла. Бомбардировка продолжалась десять дней. 

Впечатление она произвела неприятное. Многие считали, что враг мог бы и потерпеть, пока пройдёт Светлая неделя. Поговаривали, что англичане с французами специально так подстроили, прослышав, что русский человек любит в праздники хорошо поесть и крепко выпить и надеялись застать наших врасплох.

А кто не любит?

И вот те, кто успел принять лишку, быстро протрезвели и заняли свои места по расписанию.

Нужно было воевать дальше.


А в этом году мы встречаем Пасху тоже не больно-то в привычных условиях. И кто знает как оно будет дальше?

Но будем помнить, что случалось русскому народу проводить праздники и куда как тяжелее, чем нам сейчас. И не станем падать духом, а лучше поздравим друг друга и порадуемся!

Христос воскресе! 

promo nik_rasov january 19, 2020 14:17 42
Buy for 10 tokens
Когда мне было три года, я схватил партбилет деда, засунул его в рот и принялся жевать. — Что там у тебя? — крикнула мама. — Перестань тащить в рот всякую гадость! Дед забрал свой партбилет, обтёр его о штаны и спрятал за дверцу буфета. — Дочка, — сказал он маме. — Мне приятно, что ты умеешь…

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.