nik_rasov

Category:

Самый страшный зверь

Лето было как апельсин — оранжевый, сочный плод, по доброй воле упавший нам в ладони. Мы срывали с него кожуру, вдыхали аромат и пили, брызжущий солнцем, сок.

А ещё, лето было огромным. Таким длинным, что не мерялось неделями или месяцами. За эрой черешни следовала эра абрикосов, плавно переходя в персиковый период. И всё это омывалось волнами тёплого моря, которое населяли только добрые, улыбчивые рыбы.

Теперь-то я больше сетую на жару, да отрываю странички календаря.

Дел у нас было — до чёртиков! Я и мой приятель Лёшка осенью собирались пойти в первый класс, а пока время наше было расписано по минутам. Сначала мы разложили на бордюре ленту пистонов и били по ним камнем. Пистоны негромко «стреляли». Потом мы ели с дерева абрикосы. Всем известно, что самое вкусное в абрикосе — это ядрышко, которое можно достать, расколов косточку.

Затем мы ненадолго улизнули в соседний двор. Там, в окошке сарайчика для мотороллера, была вставлена фотография шимпанзе, которая ехала на трёхколёсном велосипеде.

Нам было просто необходимо время от времени рассматривать это фото.

— Обезьяны живут в Африке, — сказал Лёшка на обратной дороге.

— Да, — сказал я. — И львы.

— И тигры, — сказал Лёшка.

— Да, — сказал я.

Потом Лёшка сказал, что он бы не испугался тигра, хоть тот и большой. И льва бы не испугался.

Я подумал-подумал и решил, что ни чем не хуже Лёшки.

— Я бы тоже не испугался, — сказал я.

И тут нам захотелось пить.

Мы поднялись в квартиру. Мама вышла к соседке, а двери мы тогда особо не закрывали. Вот и сейчас она была приоткрыта. Мы вошли.

В прихожей сидела сиамская кошка и смотрела на нас.

— Ми-ау... — сказала кошка по-сиамски (ведь это была сиамская кошка)!

Чья эта кошка — мы не знали. Зато мы с Лёшкой уже пожили на белом свете и нам прекрасно было известно, что сиамские кошки очень коварны и злопамятны. И если такую кошку обидеть, то она обязательно отомстит и даже может задушить ночью человека.

Поэтому мы жались в коридоре, не решаясь входить в квартиру.

Кошка смотрела на нас, мы смотрели на кошку.

У неё были синие глаза, шёрстка, похожая цветом на мороженное крем-брюле, рукавички на лапках и маска на мордочке. Она была вся такая аккуратненькая и ужасно гибкая.

— Как бы не прыгнула, — осторожничал Лёшка.

Мы попытались прогнать кошку и стали на неё шикать и хлопать в ладоши, но той было всё равно — она ходила по комнате с видом хозяйки.

Потом она двинулась к дверям.

Мы отступили. Захотелось, чтобы скорее пришла мама.

Тут с верхнего этажа спустилась какая-то девочка. Она шла и без пауз приговаривала себе под нос:

— Мурка-мурка-мурка...

Девочка увидела нас, а потом из квартиры выглянула кошка.

— А, вот ты где! — сказала девочка, подошла, схватила кошку и зажала её под мышкой.

Кошка выгнула хвост и растопырила лапы. Мы увидели, как из-под подушечек показались изогнутые когти.

— Ми-ау, — сказала кошка. По-сиамски. Все сиамские кошки так говорят.

Девочка улыбнулась. Спереди у неё не хватало зуба. Потом она развернулась и убежала вприпрыжку, а кошка болталась у неё в руках.

— Зато девчонки боятся тигров, — сказал Лёшка.

— Да, — сказал я. — И львов.

Тут появились наши мамы и загнали нас по домам. Ужинать.

Завтра у нас опять была уйма дел.

promo nik_rasov january 19, 2020 14:17 42
Buy for 10 tokens
Когда мне было три года, я схватил партбилет деда, засунул его в рот и принялся жевать. — Что там у тебя? — крикнула мама. — Перестань тащить в рот всякую гадость! Дед забрал свой партбилет, обтёр его о штаны и спрятал за дверцу буфета. — Дочка, — сказал он маме. — Мне приятно, что ты умеешь…

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.