nik_rasov

Category:

Тихая суббота

Этот день я выделяю среди других трёхсот шестидесяти пяти временных кусочков, что, складываясь, образуют год.

Уже кончились муки на кресте. Уже отзвучало на Голгофе: «Боже мой! Боже мой! Для чего ты меня оставил?», но час воскресения ещё не настал. И Христос ещё пребывает во гробе.

А я в этот день пошёл на работу, и вот как там всё вышло.

По дороге я слышал, что из храма доносится пение хора.

На работе почти никого не было, и большую часть времени я провёл в одиночестве.

Море в бухте было синее, а если смотреть на него вблизи, то оказывалось, что вода на самом деле зелёная. Того же цвета, что идёт на бутылочное стекло.

И с высоты причальной стенки я видел, как иной раз к поверхности поднимались рыбы, стояли некоторое время на месте, пошевеливая плавниками, а потом плавно возвращались обратно на глубину.

Птицы пролетали редко — только одинокие чайки, да ещё парили в вышине кобчики, высматривая что-то на земле. Зато птичье пение всё время слышалось из ветвей деревьев. 

Где-то невидимый дятел долбил ствол.

Одни деревья уже покрылись листьями, а другие ещё нет, и лишь сосны и кипарисы зеленели независимо от поры года.

Корабли флота в честь первомая вывесили флаги расцвечивания на растяжках мачт. Флагман — крейсер «Москва», уже вернулся с ракетных стрельб и стоял на своём месте.

По бухте проходили прогулочные катера. Совсем маленькие, и чуть побольше — старого проекта «Радуга». И каждый из них тянул за собой белую нитку кильватерной струи.

Яхта лавировала против ветра. Когда она поворачивала, паруса на некоторое время обвисали и морщились, а затем вновь наполнялись ветром и яхта продвигалась вперёд.

Ветерок еле колыхал флаги, облака почти не показывались, а солнце разок разогрело термометр до тридцати градусов.

А работа шла сама по себе, и мне не требовалось прилагать никаких усилий, а следовало только наблюдать, как бы чего не вышло.

И я стоял и смотрел на город и бухту. На купол храма — усыпальницы адмиралов, на отвесный утёс, где располагался когда-то первый бастион, и на горб Малахова кургана. И думал, что вот в этом месте затонул когда-то линкор «Императрица Мария», а потом и линкор «Новороссийск», а здесь в первую оборону стояли пароходофрегаты и поддерживали огнём своей артиллерии наши сухопутные батареи.

И я подумал, что мне никогда не хотелось жить в каком-нибудь другом городе, и что если мне уж в чём-то и повезло в этой жизни, так это с местом моего рождения.

Потом я стал думать о делах. Одни дела следовало сделать побыстрей, и я знал, что для этого у меня достаточно пока и сил, и материальных возможностей и надо только выбрать для них время, которое, впрочем, у меня тоже найдётся.

Потом подумал о других делах, которые можно бы пока и отложить, а некоторые я так, возможно, никогда и не сделаю. Но меня это вовсе не расстроило и я принял это как данность.

И никаких особых планов на будущее я в этот день не строил и решений не принимал. А просто поразмышлял о многом и дал себе время, чтобы всё это улеглось в моей голове.

И ещё припомнил, что не раз наблюдал, как планы, бывает, летят ко всем чертям по независящим от человека причинам.

И прикинул, как я могу на такой случай подстраховаться.

А потом работа закончилась и я пошёл домой.

И день вышел такой, как надо — тихий.

  

 

  

     

  

promo nik_rasov january 19, 2020 14:17 42
Buy for 10 tokens
Когда мне было три года, я схватил партбилет деда, засунул его в рот и принялся жевать. — Что там у тебя? — крикнула мама. — Перестань тащить в рот всякую гадость! Дед забрал свой партбилет, обтёр его о штаны и спрятал за дверцу буфета. — Дочка, — сказал он маме. — Мне приятно, что ты умеешь…

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.